Зима в Москве

Ноябрь 2006
Copyright © 2010 CBH
Next 1K gifBack 1K gif

English 1K gif

Europe map: Moscow 13K jpeg
St Basil’s Cathedral 39K jpeg
 
Вызывающие купола Собора Василия Блаженного зимой

Мои первые впечатления о России были вероятно подпорчены предварительным чтением к поездке: не только путеводеводителя Lonely Planet Moscow, но и книг Gorky Park и The Charm School.

Был холодный ноябрьский день 2006 года, когда по прибытии в московский аэропорт Шереметьево меня встретил Тимур Гафитулин, фортепианный мастер Консерватории им. Чайковского. Ему предстояло быть моим спутником и переводчиком следующие четыре дня. Мы сели в новый черный седан с водителем в черном кожаном пальто и перчатках, выглядевшим так, как будто он когда-то работал в КГБ—если все еще не состоит у них на службе. Мы ехали полтора часа в плотном потоке на юго-восток в центр москвы, где оба высадились перед консерваторией.

Длительная прогулка по огромной территории консерватории привела нас к моему жилью—квартире на втором этаже двухэтажного здания. Наружная железная дверь пронзительно скрипела на петлях, что, как я скоро понял, вызывало почтенную бабушку из квартиры на первом этаже чтобы проверить, кто приходит и кто уходит.

Еще один ключ был необходим для двери на самом верху лестницы, где находилась моя квартира, уютно нагретая до 25 С. От квадратной прихожей расходились две спальни, туалет, ванная, кухня и гостиная. Третий ключ был от моей спальни, которая выглядела как комната студенческого общежития: три кровати, два прикроватных столика и шкаф были расположены в единственно возможном пространственном решении. Предоставленные подушки с черными печатями в каждом углу (как будто они были необходимы во избежание того, чтобы их не расхватали на сувениры)—были более похожи на квадратные мешки с песком советской эпохи.

Tchaikovsky Conservatory piano workshop 61K jpeg
 
Фортерпианная мастерская при Консерватории

Я был более чем счастлив в предвкушении того, что следующие четыре дня эта квартира будет в моем распоряжении. Однако, позднее ночью, когда я лег в постель, приехали другие гости и заняли вторую спальню. Все было бы хорошо, если бы не их постоянное курение. Я смог выжить, положив лишнее полотенце в щель между полом и дверью, и открыв крошечные форточки большого двустекольного окна чтобы получить доступ к ледяному, но такому желанному свежему воздуху.

Мой друг и коллега Марк Дюкорне хотел, чтобы я приехал сюда проверить франко-фламандский двухмануальный клавесин, на котором играли несколько лет в Париже, прежде чем он был отправлен в Москву. Знаменитый русский музыкант Алексей Любимов был ответственен за приглашение в московскую консерваторию и организацию совместной работы с Тимром Гафитулиным.

Место моей работы находилось всего в пятидесяти метрах от квартиры: клавишная мастерская под руководством Алексея Кравченко. Его сотрудники выполняют самую обширную работу, включая выемку чугунных рам, обеспечивая тем самым свободный доступ к резонансным декам для ремонта и отделки. (Лишние рамы давно забытых роялей используются как украшения для наружной стены мастерской.) Казалось, что восстановительные работы проводились там постоянно, поскольку фортепианная мастерская, как и большинство помещений здесь, отапливалась до 25°С и имела влажность менее 30%. Не только Наполеон или Гитлер потерпели поражение в суровую русскую зиму, такая влажность слишком низка для инструментов, сделаных в основном из дерева без усадки и трещин.

Я замечательно провел время, работая над клавесином Марка Дюкорне вместе с сотрудниками мастерской, в особенности с Андреем Андриановым - тенором, настолько заинтересованным в ранних клавишных инструментах, что он принял решение стать мастером-настройщиком. Кроме того, я смог посмотреть несколько других ранних-клавишных инструментов в консерватории и дать Андрею несколько советов по уходу за ними. В моей работе небольшое количество времени ушло на незначительные поправки клавиатуры и механики, необходимые для нового инструмента после его доставки, и на замену четырех струн. Главная цель моего визита была отремонтировать еловое днище, выбранное из звуковых соображений, которое треснуло в восми местах из-за суровой Московской сухости. Я привез свой новый станок из Сиднея—расширить трещины в переднем днище, чтобы заделать их 12мм еловыми клиньями на всю глубину: я хотел обеспечить тщательный ремонт, поскольку обе стороны передного днища видны, когда клавиатуры вытащены из инструмента. (Когда я узнал, что в мастерской не достает надлежащей защиты для ушей от шума станков, я был более чем рад оставить мастерам свои новые Автралийские бируши.) Более эффективным для извилистых трещин в заднем днище был расшивочный крючок (для реставрации дек фортепиано), который расширял трещины и придавал им V-образную форму. Теперь трещины можно было заделать клиньями в полную длину, которые работники мастерской заранее любезно приготовили из старой фортепианной деки.

Concert Hall at Tchaikovsky Conservatory 76K jpeg
 
Большой зал Московской Консерватории им. П.И. Чайковского
(студенты любят надевать презервативы на пальцы памятника)

Заключительная часть работы состояла в том, чтобы аккуратно закрасить елочные клиня там, где они были видны - на щеке и прямой стенке. По окончании все расценили работу как огромный успех.

Каждый вечер у меня был великолепный выбор концертов, и я был впечатлен большим выставочным стендом в главном фойе Консерватории, в котором были партитуры и лчные вещи всех великих русских композиторов XIX и XX веков, которые учились здесь. Я на самом деле чувствовал, что я находился в одном из великих музыкальных учреждений мира. Во вторник вечером я пошел на концерт, где я наконец-то познакомился с Алексем Любимовым. На следующий день он ехал в Берлин, чтобы давать концерты, и он без сомнений был готов наслаждаться размещением, предоставляемым там для путешествующих вируозов.

Констерватория находится всего в пятиста метрах от Красной площади, так что однажды утром я смог побродить под снегом вокруг внушительной внешней стены Кремля, у мавзолея Ленина и собора Василия Блаженного. Главной целью другого утра был художественный музей им. А.С Пушкина, где в течение многого времени я сидел в очаровании Святого Себастьяна. В другой день я в компании Тимура наслаждался специально подготовленной экскурсией по государственному музею музыкальной культуры им. Глинки, хотя предоставленный констерваторией гид был слишком сосредоточен на своей духовой специализации, что я нашел не слишком интересным. Что касается клавиров, в музее были представлены клавикорд Аммер, малюсенький клавесин и спинет Нойперт, и верджинелы Шуди и Иадра.

18 ноября я должен был возвращаться в Австралию. Когда я подошел к стойке British Airways чтобы зарегистрироваться на рейс в Лондон и далее в Сингапур и Перт на QANTAS, меня настигла маленькая бюрократическая проблема. Двое сотрудников иммиграционной службы осуществляли предварительную проверку паспортов. В визе, которую мне выдали в генеральном консульстве России в Сиднее, срок поездки, спонсируемой консерваторией им. Чайковского, был выставлен с 13 по 17 ноября. Таким образом оказалось, что я пытался выехать из страны без действительной визы. Для многих стран это не было бы проблемой, но не для России. Даже несмотря на то, что я смог предоставить копию своего заявления на получение визы, где было ясно написано что я просил ту же четырехдневную продолжительность поездки, но с 14 по 18 ноября, согласно забронированым рейсам. Срочный звонок Тимуру не смог помочь избежать неизбежного: мой паспорт был конфискован, а я должен был написать письмо российскому консулу/Иммиграционному инспектору, и передать $25 — российские рубли не принимались! Через полтора часа на другой странице моего паспорта стояла новая красивая виза, и только тогда я смог зарегистрироваться на первый из рейсов - в Лондон…


Cracks in spruce harpsichord bottom 16K jpeg Front and back harpsichord bottoms butting on the bellyrail 13K jpeg
Трещины в еловом заднем днище Место соединения переднего и заднего днищ
Router in position for the front bottom crack repair 29K jpeg Front bottom crack ready for shimming 20K jpeg
Станок готов к ремонту первой трещины Трещина готова к заделке
First front bottom shim glued 15K jpeg Harpsichord front bottom repair complete 19K jpeg
Первая заделка вклеена в переднее днище Ремонт переднего днища окончен
Harpsichord bottom shims ready for trimming 25K jpeg Harpsichord bottom repair completed 21K jpeg
Клинья в заднем днище готовы к срезу Днище готово
Endgrain of a front bottom filler strip 18K jpeg Endgrain of filler strips painted to match the decorated harpsichord cheek 29K jpeg
Торец одной из заделок переднего днища на декорированной щеке Торцы заделок покрашены в тон

Alexei Kravtchenko, Andrei Andrianov & Carey Beebe at the Tchaikovsky Conservatory Piano Workshop 59K jpeg Timur Gafitulin and Carey Beebe on departure from the Tchaikovsky Conservatory 65K jpeg
Алексей Кравченко, Андрей Андрианов и Кейри Биби в фортепианной мастерской Тимур Гафитулин и Кейри Биби отправляясь из Консерватории им. П.И.Чайковского

Перевод: Артем Белов & Энтони Бонамичи


CBH Icon 1K gif Russian Harpsichord Bibliography   Библиография Клавесинов – Русский
CBH Icon 1K gif Russian Harpsichord Lexicon   Русский Клавесинный Лексикон
CBH Icon 1K gif O Кейри Биби
CBH Icon 1K gif Site overview
CBH Icon 1K gif Harpsichords Australia Home Page



TPW logo 3K gif CBH Russian banner 2K gif
Единственный австрало-азиатский агент ПАРИЖСКОЙ МАСТЕРСКОЙ

- oOo -

Фабрика 35/17 Lorraine Street, Peakhurst NSW 2210
Телефон +61 2 9534 2002  Факсимиле +61 2 9534 2531
Мобильная телефонная служба +61 408 239 267

Посетители приглашаются в нашу мастерскую по договорённости.


Пожалуйста, обращайтесь со всеми вопросами по ранним клавишным инструментам к Кейри Биби.